Роман Карманов: Ради общего блага
«В быстро меняющемся мире грантовая поддержка для бизнеса помогает достигать поставленных целей и развиваться быстрее!», – специальный гость редакции РОМАН КАРМАНОВ, генеральный директор Президентского фонда культурных инициатив (ПФКИ), занимающий эту должность с момента основания фонда в июне 2021 года, – об успешном опыте поддержки креативных форм бизнеса и уникальных проектов страны.
– Роман, сегодня гранты Фонда культурных инициатив становятся не просто поддержкой проектов, а фактически инструментом экономического роста. Можно ли говорить, что грантовая система превращается в новую форму инвестиций в креативный бизнес?
– Правильнее было бы сказать, что гранты – это одна из возможностей, которой предприниматель может воспользоваться для развития своего креативного бизнеса. Причем, возможность уникальная, потому что государство, выделяя средства на проект, затем не требует вернуть то, что было куплено для его реализации. Купленное оборудование, техника, улучшение помещений и прочее остается у грантополучателя и работает на развитие его дела. Главная задача – максимально качественно реализовать то, на что экспертами фонда были выделены средства, и отчитаться за результат. Разумеется, к этому прибавляется наработанная репутация, в том числе в медийном поле, наработанные партнеры, связи. Когда речь идет о коммерческих организациях, то в целом гранты можно назвать безвозвратными и беспроцентными инвестициями.
Одно из важных условий – проект должен быть ценностно-ориентированным, это один из десяти критериев отбора проектов, он выражается в выборе и соответствии одному из двенадцати тематических направлений.
– Как вы оцениваете возвратность грантовых вложений – не в прямом денежном смысле, а в экономическом эффекте: созданные рабочие места, рост малого бизнеса, оживление регионов? Есть ли у вас внутренние метрики «до и после» введения проекта?
– В случае с ПФКИ гранты выделяются на реализацию общественно значимых проектов в сфере культуры, искусства и креативных индустрий. Каждый проект на стадии заявки содержит качественные и количественные показатели, которые определяет сам заявитель. Оценка количественных показателей осуществляется по аналитической отчетности, то есть здесь идет сверка заявленных показателей и результатов реализации.
Качественные показатели оцениваются сразу по нескольким направлениям – и по отчетности, где сам заявитель делает вывод, какие изменения произошли с аудиторией, на которую воздействовал проект, и с помощью фокус-групп в регионах, и с помощью социологии, и с помощью медиаметрик. Кроме того, фонд собирает данные по эффектам, которые возникли в результате реализации проекта, – устойчиво работающие команды, вовлеченные аудитории, возникший или развившийся бизнес, созданные рабочие места, развитие туризма и т. п.
– На сегодняшний день у Фонда уже 31 проектный офис. Можно ли сказать, что вы формируете новую инфраструктуру – сеть региональных акселераторов, где идеи превращаются в устойчивые бизнесы? Как вы измеряете их эффективность?
– Самое важное – проектные офисы открываются исключительно по запросу регионов. Там, где власть слышит креативное сообщество, понимает значимость культурных проектов, видит не только экономические, но и социальные эффекты от активности творческих людей. Это главное. Сегодня действительно сеть проектных офисов ПФКИ – это целое явление и поддержка регионов в обучении и развитии креативных команд.
В первую очередь, мы ставим задачу обучения. В связи с высоким вниманием государства к теме развития сферы креативных индустрий и творчества, созданием институтов поддержки, выделения серьезных средств складывается ситуация, когда творческие команды не всегда готовы всеми этими мерами эффективно и грамотно воспользоваться. Мы это увидели после первого же конкурса в 2021 году и немедленно занялись образовательными проектами. Эффект от этой деятельности оцениваем позитивно: по общей статистике по стране, у нас побеждает каждый 9-10 проект, то есть, если от региона подано 100 проектов, победу обычно празднуют 9-10 творческих команд. Там, где работают проектные офисы, эта цифра спустя несколько конкурсов становится выше, побеждает каждый 6-7 проект, а значит, будет 14-16 побед при аналогичном подсчете.
Проектные офисы со временем становятся и местом встречи творческих команд, и драйверами развития проектной культуры в регионах. Как правильно сказал один из губернаторов, «не так важно, сколько именно будет поддержано проектов, сколько то, что в регионе появляются опытные креативные команды, способные реализовать серьезные инициативы».
– В среднем четверть заявителей и грантополучателей ПФКИ – это ИП и малый бизнес. Какие ниши креативной экономики сегодня, по вашим наблюдениям, наиболее перспективны для предпринимателей, которые готовы совмещать творчество и прибыль?
– Перспективным может быть любое направление, входящее в перечень креативных индустрий, поскольку по всем направлениям есть дефицит ярких идей и профессиональных команд. Все, что связано с искусственным интеллектом и его применением в различных креативных сферах, лазерные и световые технологии, графика, 3D, мультипликация, документалистика, VR-технологии, музыкальная сфера, событийные мероприятия, переосмысление НХП и мода, производство, в том числе гастрономических продуктов, основанных на локальной идентичности.
Обратиться в фонд можно и на стадии стартапа, и на различных стадиях роста бизнеса. Особенно фонд интересуют новые яркие идеи – например, буквально только что ПФКИ поддержал разработку ряда коллекций российского производителя аналога знаменитого «Лего», основанных на русском культурном коде.
– Многие боятся связываться с грантами, считая, что это сложно, бюрократично и «не для бизнеса». Как бы вы объяснили предпринимателю, что грант может стать реальным финансовым рычагом, а не благотворительной подачкой?
– Если у вас есть грамотная команда, если вы четко знаете, под какую деятельность запрашиваете деньги, знаете, куда направите их и четко прописали дорожную карту реализации, – лишней «бюрократии» не возникнет, ей просто неоткуда взяться. Важно на старте вложиться в качество проработки заявки. Мы смотрим, на что независимые эксперты вам согласовали средства гранта, под какой этап, вы отчитываетесь чеками и договорами с подрядчиками. Грантовую систему не стоит бояться, если вы действительно планируете направить деньги именно на то, что попросили в обосновании. По опыту и отзывам наших грантополучателей, стало понятно, что вливание грантовых средств в бизнес помогает ускорить процессы его развития. Да, прочно стоя на ногах, имея партнеров, вы бы достигли поставленной цели и сами, но с отсрочкой на какое-то время, к примеру на пару лет. Мы даем шанс сделать это быстрее, в условиях быстро меняющейся повестки в мире время — ценный ресурс.
– Есть ли у вас уже кейсы, где грантовый проект дал ощутимый экономический эффект? Например, рост стоимости недвижимости после ревитализации районов или увеличение турпотока после культурных событий – те самые цифры, которые доказывают: культура действительно окупается.
– Да, вы очень четко сформулировали вопрос. Сразу приходит в голову пример нашего международного арт-фестиваля «Омск, ты просто космос». Там с помощью средств гранта удалось сделать из ничем не примечательного нецентрального района города настоящий музей муралов под открытым небом. Чтобы это стало возможным, проводилась большая работа: опрашивались местные жители, они участвовали в выборе изображений, которые украсят их дом, приехали лучшие стрит-арт-художники со всего мира. Теперь это район, где установлены таблички и QR-коды про каждый мурал, район входит в перечень мест для посещения туристов, стал местом прогулок для местных жителей.
Они, кстати, быстро сориентировались, цены на квартиры в этом районе выросли, а в объявлениях о продаже и съеме теперь написано: «дом с медведем», например. Правительство продолжает развитие: заказывают уникальные разработки точечного освещения, чтобы муралы смотрелись и в вечернее время еще красивее и привлекали внимание. Жителям очень нравится. Есть и другие примеры: «Уральская ночь музыки» в Екатеринбурге – сумели посчитать вклад своего фестиваля в креативную экономику и туристическую привлекательность. По их оценкам, это более миллиарда рублей!
Небольшая Таруса Калужской области стала еще более привлекательной и для индивидуальных туристов, и для школьных групп. Там возродили сад и дом известного коллекционера и агронома Ракицкого, где постоянно проводятся крупные мероприятия, концерты с федеральными институтами культуры.
Для местных жителей вход бесплатный, это вклад авторов в развитие небольшого города и их культурную жизнь, а в продолжение проекта авторы уже самостоятельно и совместно с партнерами недавно открыли новую гостиницу в русском стиле.
– Сегодня грант все чаще становится не просто поддержкой, а стартовым капиталом для устойчивого бизнеса. Как вы помогаете проектам выстроить экономику так, чтобы после окончания гранта они могли существовать и расти самостоятельно?
– Приведу один пример. В Новгородской области развивается мастерская елочной игрушки «Рождественское яблоко», проект пришел к нам в самом начале становления, им нужен был ремонт, организация пространства для мастер-классов, закупка сырья для стекловыдувания, оплата работы художников. Сегодня туда – в небольшое село под Великим Новгородом – приезжают не только местные жители и организованные группы школьников, оно стало местом притяжения для всех, кто даже летом заскучал по новогодней атмосфере. Проект живет, авторы уже открыли рядом уникальную мастерскую калейдоскопов: заходишь и вспоминаешь детство, рядом – варят сыр, собираются делать виноградник и возрождать уникальный для страны метод засолки огурцов, местный. Пошли в гастрономию.
Хотят возродить и школу художественной росписи, которая раньше здесь была, а еще открыть аналогичное производство елочных игрушек в другом регионе. Обеспечили местных талантливых жителей работой, жизнь в небольшом населенном пункте заиграла новыми красками.
– Просматривая тысячи заявок, вы наверняка видите закономерности. Есть ли у проектов, которые побеждают, своя «формула успеха»? Что чаще всего отличает лидеров – сильная команда, масштабируемая идея, финансовая прозрачность или умение мыслить стратегически?
– Все, что вы перечислили. У нас есть правило «трех Д» – доказательность, детализация и достоверность. Именно это – три кита, на которых строится хорошая заявка. Мы разработали много документов, понятных для творческих людей, у нас есть курсы, методички, по которым можно понять, на что обратить внимание при формировании заявки. Есть много образовательных мероприятий. Те, кто побеждает с первого раза, всегда говорят: «У вас же все написано!» Да, все материалы есть, требуются системный подход, аналитика, сплоченная команда и партнеры. Всего три критерия из десяти, по которым эксперты оценивают проект, – про творчество. Остальное – про ваш серьезный подход, системность. Это логика развития проекта, бюджет, обоснование уникальности общественной значимости. Все в руках авторов.
– Можно ли сказать, что российские креативные индустрии уже выходят на уровень экспорта? Есть ли среди грантополучателей фонда проекты, способные стать частью «мягкой силы» России – будь то дизайн, IT для культуры, кино или новые медиа?
– Есть проекты с гастрольной деятельностью – например, ансамбль «Кострома» с нашей поддержкой выезжал в несколько стран, собрал полные залы и овации зрителей. Проекты часто выезжают в Беларусь. При русских домах и посольствах проходят мобильные выставки проекта «РИА Новости» с фотохрониками Великой Отечественной войны. Был проект на стыке керамики и НХП, авторы совместно с музеями-заповедниками делали кружки с берестой и нанесением на нее цитат наших классиков, этот проект покорил медиафасады Малайзии, они активно продавали свои необычные кружки за границу.
С нашей поддержкой выпущена серия анимационных фильмов от «Смешариков», они рассказывали о народах России и их традициях. «Смешарики» – один из экспортных продуктов страны, в 2026 году этот сезон мультфильмов вновь станет крайне актуален, в Год единства народов России его можно смело передавать в каждую школу страны для знакомства детей с нашей культурой через понятный им язык и формат.
– За несколько лет фонд вырос в один из самых влиятельных институтов поддержки в стране. Какие управленческие и стратегические вызовы стали для вас ключевыми за это время? И как изменилась сама философия фонда – от первых грантов к системной политике развития креативной экономики?
– Об одном их главных вызовов уже говорилось выше. Президент доверил фонду работу с грантовыми средствами, и мы чувствуем свою ответственность за то, чтобы средства попали в надежные руки, были эффективно использованы и дали не только заявленный, но и продолженный результат. Для этого нужны подготовленные команды, обучением которых мы интенсивно занимаемся. Причем делаем это по всей стране – от Чукотки до Мариуполя, от Дальнего Востока до Северного Кавказа.
Еще один вызов – и очень серьезный – это оценка эффектов от тех средств, которые фонд выделает, и от реализации проектов.
Дело в том, что из более чем 11 тысяч поддержанных проектов нет двух одинаковых, они все содержат в себе уникальные идеи, направлены на различные аудитории, включают в себя самую разнообразную механику и реализуются по всей стране. Сейчас мы выработали «методику 360», которая позволяет всесторонне оценивать проекты – от ценностного профиля до количественных показателей. И эту оценку мы предполагаем развивать.
И наконец, очень важный аспект, который с каждым годом все более возрастает, – это оценка репутации наших заявителей и грантополучателей. Здесь все имеет значение – и история работы с выделенными средствами, и достигнутые результаты, и конструктивность работы с кураторами фонда, и способность предъявить эффективную команду, и много чего еще. Репутация – это, наряду с доверием, самая главная валюта на сегодняшний момент.
– Фонд уже стал точкой притяжения для творческого бизнеса. Какие новые инструменты поддержки вы планируете запустить? Возможно, речь идет о венчурных инициативах, акселераторах или образовательных программах, которые помогут бизнесу в культуре выйти на новый уровень?
– Сегодня фонд уже работает с тремя инструментами. Во-первых, широко известный грантовый механизм, когда ПФКИ финансирует те проекты, которые одобрили независимые эксперты. Во-вторых, механизм пожертвований – это частные деньги, которые идут целевым образом на восстановление и развитие учреждений культуры исторических регионов. Объем таких средств уже превысил 5 миллиардов рублей. И, в-третьих, это механизм отбора музыкального контента, который сейчас мы реализуем вместе с Росмолодежью, – здесь фонд является заказчиком песен, клипов, видеоверсий концертов и т. п. Каждый механизм – это своя система подготовки, прохождения и оценки заявок. Их объединяют объективность, независимость и прозрачность, поскольку во всех трех случаях оценка и выбор производятся независимыми экспертами и утверждаются экспертными советами, которые состоят из профессионалов культурной и креативной сферы.
Слушайте подкасты, следите за новостями и подписывайтесь на любую удобную сеть по ссылке
